капитан Гибсон
Автор: Джейн-Беда
Фэндом: Ориджиналы
Персонажи: м/м
Рейтинг: R
Жанры: Слэш (яой), Драма
Предупреждения: Нецензурная лексика
Размер: Миди, 39 страниц
Кол-во частей: 1
Статус: закончен
Описание:Неновая история: Ричард вернулся из школы раньше чем планировал и застукал будущего брата в одной постели с отцом.
Публикация на других ресурсах:Только с этой шапкой. Желательно ссылочку автору (то бишь мне). Внимание: распространению подлежит только бета-версия.
Примечания автора:Я этот ориджинал планировала почти два года, три раза меняла сюжет и наконец родила (Доктор: «Поздравляю, у вас фанфик!»). Кстати, считаю своим долгом предупредить, место действия – гипотетический английский город Хрензнаетгденск с непонятным временем года.

=10=

После того, как Ричарда привезли домой под конвоем полиции и сообщили отцу, что он подвергся нападению грабителей, когда шатался по ночным улицам, его посадили под домашний арест. Теперь ему позволялось выходить из дома только в школу и под бдительным наблюдением Мэта. С друзьями он больше не гулял, в магазин не ходил и с Питом не встречался. Если бы он не забыл в квартире бывшего друга свой рюкзак, то вероятно у него отобрали бы и телефон.
Заявление в полицию Майлзы подавать не стали, потому что Ричард заявил, что не разглядел нападавших. На самом деле он просто не хотел рассказывать о событиях того вечера, ведь тогда выяснилось бы, что у Эрни он вообще не появлялся.
В школе как-то узнали, что Ричард стал жертвой нападения грабителей, и эта история быстро облетела все классы обрастая новыми подробностями буквально на ходу. К концу недели даже сам Майлз с трудом узнавал в героической саге с погонями и боями без правил историю своего бесславного избиения.
Сегодня после занятий у выхода из школы его опять ждал Мэтью. Ричард не стал останавливаться рядом с ним, молча продолжив свой путь. Наверное это было неправильно, но во всем произошедшем он не в малой степени винил Брукса и отца. Ведь если бы он не застал ту сцену в коридоре, то не пошел бы к Питу. Тогда бы он не открыл дверь его жене, и та не поругалась бы с бывшим мужем. Пит не напился бы и не совершил тот отвратительный поступок. Ричард не сбежал бы из его квартиры посреди ночи и не встретил бы тех грабителей. Бы, бы, бы. Черт, этих «бы» в его жизни стало слишком много.
— Ричард, подожди! – Мэт догнал его в два прыжка и пошел рядом. – Эй, да что с тобой в последнее время? Грэхэм себе места не находит, а ты ведешь себя как избалованный эгоистичный ребенок. Перестал с ним разговаривать. Он ведь о тебе заботиться, поэтому и не пускает никуда.
От несправедливости этих слов во рту у Майлза стало кисло, как в тот долбанный день, когда Пит навалился на него и впился в рот, дыша ему в лицо перегаром. От отвращения Ричард остановился и некоторое время стоял, прижав к губам руку и борясь с подступившей тошнотой.
— Ричард? – осторожно позвал его Брукс. — Тебе нехорошо?
— Отвяжись! – огрызнулся на него Майлз, вдохнул свежего воздуха и продолжил идти.
До дома они добрались молча.
Приготовив традиционный обед, Ричард поднялся к себе в комнату, есть не хотелось. Через полчаса к нему постучался Брукс.
— Ричард! Ричард, открой! Я тебя прошу, Ричард, впусти меня!
Когда Майлзу надоело слушать бесконечные вопли под своей дверью, он все же открыл. Мэт стоял на пороге с подносом в руках и обеспокоено смотрел на него.
— Ты меня впустишь?
Парень молча отошел от двери и лег на кровать, повернувшись к Бруксу спиной. Он слышал как тихо закрылась дверь и как звякнула посуда, когда Мэт поставил поднос с обедом, но оборачиваться не стал. Потом матрас под ним прогнулся от дополнительного веса – это Мэт присел на краешек кровати.
— Ричард, прости меня. Я знаю, что чем-то тебя обидел, но не знаю чем. Если ты мне не скажешь в чем дело, я не смогу все исправить, — тихо начал Брукс. – Ричард, — снова позвал он, но Майлз промолчал. – Не хочешь со мной разговаривать? Ладно, тогда буду говорить я. Не знаю, в чем перед тобой виноват, но я прошу прощения, что бы это ни было. Слышишь?
«Черт, заканчивай уже эту мелодраму и иди отсюда!» — мученически подумал Ричард. Он просто хотел, чтобы Брукс ушел!
— Знаешь, у меня ведь никого кроме вас с Грэхэмом нет, — продолжал изливать душу Мэт.
«А как же миссис Брукс?» — заметил про себя Ричард.
— Мама всегда холодно ко мне относилась. И только оказавшись здесь с вами, я понял что такое настоящая семья.
«В «настоящих» семьях отцы не трахают своих детей и не делают им минет».
— Я даже отца-то своего никогда не видел, а когда появился Грэхэм, сперва недолюбливал его, а потом понял какой он и проникся к нему симпатией.
«Я бы даже сказал, очень глубоко проникся, до самых гладов».
— Ты тоже стал мне очень дорог.
«Боже упаси!»
— С первой нашей встречи, я надеялся, что у нас будут братские отношения.
«Я тоже надеялся, но видимо, мы оба не знаем что это такое».
— Ты мне действительно нравишься, Ричард. И я хочу быть тебе другом, братом. Ричард, скажи же что-нибудь.
— Пошел на хуй, — исполнил его просьбу Ричард.
Брукс резко замолчал. Очевидно, что ответ Майлза был для него неожиданным.
— Ричард?
Жесткая рука схватила лежащего парня за плечо и перевернула на спину. Какое-то время они молча разглядывали друг друга. Ричарду было странно находиться в такой ситуации и немного боязно, после происшествия с Питом, но он старался не показывать свою тревогу.
— Что у тебя с губой? – спросил Мэт, уставившись на рот Майлза.
— Ничего, — буркнул Ричард. Когда его об это спросил отец, он соврал, что это грабитель его ударил. Мэту он почему-то не решился это повторить. – Это не от удара, — заметил Брукс. Ричард покраснел.
— Неужели… — Глаза Мэта расширились, когда взгляд скользнул ниже. Майлз знал, что он там увидел. Синяки. Четкие фиолетовые следы пальцев на шее – маленький презент от Пита. – Они что-то сделали с тобой? – тихо вымолвил Брукс.
— Нет, — так же тихо ответил Ричард, чувствуя что лицо уже пылает как сковорода, и снова отвернулся.
Мэт не стал больше задавать вопросов. Молча поднялся и вышел, оставив наконец Ричарда одного.
Этим вечером они снова, как и несколько недель назад, вместе смотрели телевизор. За этим занятие их и застал отец, тоже присоединившись к посиделкам.

Жизнь Ричарда начала потихоньку налаживаться. Он по-прежнему был под домашним арестом, но теперь его это не тяготило. Обедать они снова стали все вместе, так же вместе сидели перед телевизором вечерами. Так как Ричард больше не мог ходить в кинотеатр, отец купил для него DVD и целую гору дисков с новинками мира кино. Вечера перед телевизором стали еще одной маленькой семейно традицией.
Однажды возвращаясь со школы они с Мэтом встретили Пита.
— Привет, — поздоровался мужчина, смущено потупившись в землю.
— Привет, — неохотно ответил Ричард.
— Я хотел тебе вещи вернуть. Вот, — с этими словами он протянул парню его рюкзак.
— Спасибо.
Ричард принял рюкзак и осторожно покосился на Мэта. Лицо у того было каменное.
— Прости, что в тот раз так получилось. Я пьян был. Прости, мне жаль.
Майлз снова зарделся, бесясь от своей неспособности перестать краснеть.
— Ладно. Я пойду. Мне еще к Бренде зайти надо. Мне жаль, что все так получилось. Пока.
Вконец смутившийся мужчина развернулся и побрел своей дорогой. Ричарду даже стало его жаль, очевидно, что Пит тоже очень переживал из-за этой истории. Он даже извинился.
— Пит! – окликнул его Ричард.
Мужчина оглянулся.
— Спасибо! – на этот раз уже искренне сказал Майлз.
— Тебе спасибо, — улыбнулся Пит, поняв, что прощен.
Ричард и Мэт продолжили путь домой. Уже у самого крыльца Мэтью осенило:
— Значит, это был он, — больше ничего не говоря, он открыл дверь и отошел в сторону, пропуская Ричарда вперед.

=11=

Через пару дней Грэхэм снова уехал в командировку. Второй отъезд отца не оказал на Ричарда такое же подавляющее действие как первый, потому что на этот раз Мэт все время был рядом. Ричарду было наплевать зачем Брукс это делает, он просто был ему благодарен за компанию.
— Зайдем? – предложил как-то Мэт, остановившись перед продуктовым магазином.
— А как же наказ отца – в школу и сразу домой? – удивленно спросил Ричард.
— Ну, отца же здесь нет, а я буду с тобой. Ну, так что?
— Пошли, — Майлз неуверенно улыбнулся.
Вернувшись домой они сытно пообедали. Ричард уже хотел как всегда подняться в комнату, но внезапная просьба Мэта остановила его:
— Погуляешь со мной?
— Но ведь я под арестом, — оглянулся на него Майлз.
— Да ладно. Я же назначен твоим конвоиром, так что беглым ты считаться не будешь.
— Подожди, сейчас переоденусь! – обрадовался «арестант» и со всех ног кинулся к лестнице.
К удивлению Ричарда они не просто шатались по улице и забегаловкам, Мэт сводил его в парк на аттракционы, купил мороженого, потом они поседели в кафе, а перед тем как вернуться домой посетили магазин дисков, где Ричард выбрал себе пару фильмов на вечер.
За окном уже стемнело, когда парни устроились у телевизора. Один из купленных сегодня дисков отправился в DVD-плеер и на экране начала разворачиваться эпическая драма. Фильм был интересный, зрелищный, но Ричарда все равно сморил сон, видимо сказалась усталость.
Майлз проснулся от жары и это при том, что за окном отнюдь не лето. Пошевелившись в попытке скинуть с плеч одеяло, он ощутил, что за спиной лежит живое тело, вальяжно расположившее руку на его бедре. Рука кстати была чертовски знакомая — не так давно он имел прекрасную возможность ее изучить. Стараясь не разбудить Мэта, а «телом» был несомненно он, Ричард попытался встать, но неожиданно сильная рука сгребла его в охапку, не позволив выбраться с импровизированного ложа.
— Хмммммм, — замычал Брукс в ухо Ричарду. – Ты уже проснулся?
— Угу, — неуверенно промычал Майлз.
— Ты такой теплый. Давай еще так полежим.
Ричард не стал возражать, лишь устроился поудобнее в руках Брукса и притих. В прохладном доме стояла тишина, только слабые звуки улицы за окном напоминали о внешнем мире. Под одеялом было тепло и уютно, прохладное дыхание Мэта чуть-чуть холодило шею, но Ричарду это даже нравилось.
— Тебе понравилось вчера? – неожиданно спросил Брукс.
— Угу, — вспомнив вчерашний день, Ричард улыбнулся.
— Хочешь это повторить?
— А можно? – обернулся к Мэтью Майлз.
— Конечно можно. Куда хочешь сходить сегодня?
— Давай в парк?
— Снова аттракционы?
— Нет, просто погуляем. Можно?
— Хорошо, погуляем.
День был пасмурный, но сравнительно теплый и прогулка среди деревьев стала для Ричарда настоящим подарком. Он никогда не был ценителем природы, но, просидев в четырех стенах пару недель, теперь не мог надышаться. Купив корм для уток, парни устроились на скамейке перед прудом.
— Я тебя никогда об этом не спрашивал, — вдруг заговорил Мэт. — Мы вообще с тобой не слишком много общаемся, но я все же хочу знать. Ричард, когда твои родители разводились, почему ты остался с отцом?
На минуту Майлз задумался. Можно было ответить, что он просто любит своего отца, но это не ответило бы на вопрос Брукса. Да и все равно было не совсем правдой — если бы мать настояла, он бы ушел с ней.
— Видишь ли, — тихо начал Ричард. – Наверное дело в том, что мама никогда не любила меня так же сильно как отец и я всегда чувствовал это. Нет, она меня не била, не ругала, всегда была ко мне внимательна, но я не помню почти ни одного момента, когда бы она была со мной ласкова. Карен никогда не гладила меня по голове, просто так, без причины, почти никогда не обнимала и не играла со мной. Наверное, она неплохая мать, но я для нее я всего лишь нелюбимый ребенок от нелюбимого человека.
— Получается, кроме Грэхэма у тебя никого нет, — заключил Мэт.
— Да, как и у тебя.
— Не знал, что ты тогда меня слушал.
— Скажем, ты был довольно настойчив, — хмыкнул Ричард.
Мэт на это только улыбнулся.
На следующий день Ричард проснулся с температурой. Обеспокоенный Мэт вызвал врача на дом, который осмотрев больного выписал лекарства и освобождение от занятий. По заверению доктора ничего серьезного у Ричарда не было – обыкновенная простуда. Так и получилось что некоторое время, Ричард был прикован к постели. Мэт не позволял ему вставать, сам наводил порядок, готовил и приносил еду и питье больному. В такие моменты Ричард особенно радовался, что из-за болезни не может чувствовать запах и вкус пищи, хотя каждый раз, выхлебав очередной супчик Брукса, душевно заверял его, что было очень вкусно. Скорее всего, тот понимал, что Ричард безбожно врет, но всегда принимал его похвалу с благодарностью.
Однажды, в очередной раз проснувшись с больной головой, Ричард обнаружил рядом с собой Брукса, уснувшего в кресле у его кровати. Голова парня покоилась на одеяле Ричарда, а одна рука слабо придерживала его пальцы. Майлз не стал отдергивать руку. Мысль о том, что Мэт всю ночь проторчал у его постели, беспокоясь за него, невероятным образом грела, поэтому он позволил себе маленькую слабость, вплетя пальцы свободный руки в белокуры волосы Брукса. В какой-то момент, ему даже показалось, что ресницы спящего дернулись, но, скорее всего, ему просто показалось. Мало ли что от болезни привидится.
Вскоре Ричард пошел на поправку.

Первый день после болезни принес Ричарду много сюрпризов. Школьные друзья приглашали погулять, красотка Белинда Адамс весь день строила глазки, а Мэт стал на удивление молчаливым. Он все так же провожал Ричарда до школы и обратно, водил в магазин и на короткие прогулки, но больше не рвался с ним разговаривать, что последнего очень расстраивало. На третий день, Ричард не выдержал.
— Мэт, что происходит? – спросил он во время обеда.
— А что происходит? – изобразил непонимание Брукс.
— Это ты мне скажи. Ты больше со мной не разговариваешь. Что-то случилось?
— Нет, ничего не случилось, — помрачнел Мэт.
— Мэт, прошу тебя, скажи мне — что ни так? Я сделал что-то не то?
— С чего ты взял?
— Ты изменился.
Брукс не стал отвечать, сделав вид, что увлечен едой, но Риарда такое поведение не могло остановить.
— Если ты мне не скажешь, я выясню это сам, — твердо заявил он.
Брукс хмыкнул:
— И как же?
— Так же как и всегда. Это из-за отца? – снова попытался Ричард.
— Отчасти, — снизошел до ответа Мэт.
— Он звонил тебе? – догадался Ричард.
— Да.
— С ним что-то не так?
— Нет, все в порядке. Он возвращается через два дня.
— Ты не рад?
— Рад.
— Но?.. – вопросительно посмотрел на Мэта Ричард.
— Слушай, тебе не все равно? – раздраженно оборвал его Брукс.
— Нет, мне не все равно. Ты и отец – все что у меня есть. Вы – моя семья. Если вам плохо, то и мне плохо. Ты скажешь мне, что не так?
— Хочешь знать что не так?! – повысил голос Мэт. – Я скажу тебе что не так! Ты считаешь нас семьей, но мы не семья! Потому что в семьях не поступают так как я!
— Ты про ваши отношения с отцом? – спокойно спросил Ричард.
— Что? – Брукс замер, во все глаза уставившись на Майлза.
— Я знаю, что вы любовники, — продолжил Ричард. – Видел вас пару раз.
— К-когда? – растеряно заморгал Мэт.
— Неважно. Вам надо научиться запирать двери, когда вы трахаетесь.
Брукс молча смотрел на Ричарда, не зная что сказать. Он явно был выбит из колеи.
— Не переживай так, — попытался успокоить его Майлз. – Я рад, что отец нашел себе кого-то. Пусть даже это ты.
Руки Мэта, лежащие на столе, сжались в кулаки. Ричард решил, что Бруксу нужно немного времени, чтобы переварить новость, поэтому встал из-за стола, сложил посуду в мойку и направился к выходу, но на полпути его остановил Мэт, вцепившийся в его руку.
— Подожди!
Удивленный, Ричард развернулся к нему лицом, ожидая что тот скажет.
— Я… На самом деле, я хотел бы делать это с тобой, — выговорил Мэт через силу.
— Что? – подумав что ослышался, переспросил Майлз.
— Я сказал, что хочу тебя. Ты мне нравишься, Ричард.
— Подожди, что ты такое говоришь? А как же отец? – опешил парень.
— Я его люблю, но совсем не так как тебя.
Некоторое время Майлз вообще не мог соображать, стоя перед Бруксом и невидяще глядя на него. Все сказанное им прозвучало так странно, словно на другом языке.
«Любит не так как меня? А как он меня любит?» — вяло думал он, чувствуя, как сердце в груди неожиданно начинает биться слишком громко.
— Я… — растеряно начал он.
— Ничего не говори. Можно мне… — не закончил фразу Мэт, склонившись к лицу Ричарда и нежно припадая к его губам.
В первое мгновение, Майлз даже не сообразил что нужно делать, а потом и вовсе расслабился, отдавшись ощущениям. Это было фантастически приятно. Так легко, ненавязчиво и осторожно, словно Мэт умолял его о чем-то и Ричард поддался, чуть раздвинув губы и позволив углубить поцелуй.
Кровь зашумела в ушах, голова закружилась.
«Боже, что со мной?» — мелькнула паническая мысль, прежде чем утонуть в водовороте переживаний.
Теплые настойчивые руки скользнули Ричарду под рубашку, разглаживая кожу, изучая. В ответ он обнял Мэта за плечи, отметив, какие они твердые сильные. Руки Мэта, продолжающие гулять под тканью рубашки, огладили худощавое тело Майлза и остановились на сосках, растерев их большими пальцами. С губ Ричарда сорвался тихий вздох.
— Нравится? – шепнул Брукс.
— Да, — не стал врать Ричард.
— Иди сюда, — с этими словами Мэт притянул его за талию к столу и, легко приподняв, посадил на столешницу.
— Что ты делаешь? – дрожащим голосом спросил Ричард.
— Тебе понравится, обещаю, — успокаивающе улыбнулся Брукс и вдруг начал расстегивать брюки Майлза. Ричард не сопротивлялся, молча наблюдая за его действиями и с удивлением осознавая, что действия Мэта его возбуждают. А белокурый парень тем временем закончил с брюками и стек на пол, встав на колени. Глаза Ричарда расширились, когда он понял, что задумал Брукс. Он хотел было запротестовать, но теплые губы уже сомкнулись на его члене, выбив из головы все связные мысли.
Ричарду еще никто никогда не делал минет. У него вообще было мало опыта в сексе. Единственный его раз произошел в четырнадцать лет с одноклассницей, которая потом перевелась в другую школу. Тогда это ему не слишком понравилось, все было очень неловко и как-то скомкано. Потом ему было стыдно.
То что делал с Ричардом Мэт было совсем не похоже на тот невразумительный перепихон. Это было по-настоящему хорошо и так чертовски приятно, что он не мог сдерживать стонов удовольствия. Почувствовав, что приближается к оргазму, Ричард бессильно застонал, когда Мэт не позволил ему ускорить движения, зато потом умелые рот Брукса сделал что-то такое охренительно классное, из-за чего Рич кончил со звериным воем на губах.
— Тебе понравилось? – осторожно спросил Брукс через несколько минут, прислонившись щекой к животу Ричарда, все еще распластанного на столе.
— Да, — хрипло ответил Майлз.
— Я рад. Ричард, никогда не забывай, что я люблю тебя, — страстно прошептал Мэт.
— Хорошо, не забуду.
Два дня до возвращения отца, для Ричарда были словно в Раю. Таких откровенных ласк Брукс себе больше не позволял, но часто обнимал Майлза, когда они оставались наедине. Иногда одаривал страстными или нежными поцелуями, прикасался как бы невзначай и Ричард, забыв обо всем, с радостью принимал эти знаки внимания, с трепетом и страхом понимая, что начинает влюбляться.
Потом вернулся отец. Ричард впервые был по-настоящему счастлив — два дорогих ему человека теперь рядом и, казалось, ничего больше не может омрачить его жизнь. Как же он ошибался…

=12=

Возвращение Грэхэма так обрадовало Ричарда, что он устроил небольшой праздник в его честь, наготовив целую гору всякой вкуснятины. Грэхэм подсмеивался над ним, но было заметно, что ему очень приятно такое внимание.
В этот день, отец наконец объявил амнистию, освободив Ричарда от домашнего ареста. Тот радовался словно получил автомобиль на Рождество и от счастья вис на шее Грэхэма, вызывая смех последнего. И только Мэт, улыбаясь, отводил глаза, вовсе не разделяя радости обоих Майлзов.
Ричард снова мог гулять с друзьями, но он не спешил это делать, по-прежнему уделяя основное внимание Бруксу. Они продолжали вместе ходить в школу и обратно, посещать вместе романтичные и не очень места, целоваться украдкой, но так не могло продолжаться вечно. Что-то обязательно должно было случиться.

В тот день Ричард предупредил Мэта и отца, что хочет сходить в магазин один. Он хотел выбрать Мэту подарок на восемнадцатилетие, которое было уже не за горами. Домой он вернулся раньше чем планировал, потому что не найдя то, чего хотел в четырех магазинах, решил сделать заказ по Интернету.
Оставив верхнюю одежду в прихожей, Ричард не удивился, что никто не вышел ему навстречу. Наверняка отец тоже озабоченный вопросом «чтобы такое подарить Мэту», как и Ричард сбежал из дома за подарком. Рассудив так, парень со спокойной душой поднялся на второй этаж. И тут его накрыло дежавю. Коридор, приоткрытая дверь комнаты Мэта и ритмичные звуки кровати, вперемешку со стонами.
«Нет, пусть это будет что-то другое», — чувствуя, как сердце проваливается куда-то вниз, подумал Ричард.
Два осторожных шага – и он стоит напротив спальни Брукса. Дверь бесшумно отходит в сторону под легким нажатием пальцев. Знакомая кровать ходит ходуном, одеяло сброшено на пол. Широкая спина Грэхэма, покрытая бледными веснушками загораживает хрупкое на его фоне тело Мэта, который стоит на кровати на коленях, упершись руками в стену. Задница отца мощными толчками ходит вперед-назад, вдалбливая член в зад Брукса. Парень жалобно вскрикивает каждый раз, когда Грэхэм делает движение вперед и не похоже, что ему это не нравится.
Ричард тихо всхлипнул, но парочка, увлеченная своим делом, этого не заметила. Чтобы сдержать рвущийся наружу крик, Ричард поспешно зажал себе рот рукой — только бы губы не разомкнулись, – отступил в тень и отвернулся.
«Не паникуй, потерпи, сейчас все пройдет. Ты ведь это уже видел», — успокаивал он себя, но покой не приходил, а напоминание, что это уже было и до сих пор продолжается лишь добавило масла в огонь.
Не в силах больше слушать стоны из комнаты Мэта, Ричард сорвался с места, не заботясь о конспирации, и побежал к выходу, перескакивая сразу через две ступеньки. Прочь, все равно куда, лишь бы подальше отсюда!
Только оказавшись на свежем воздухе, он вдруг заметил, что мир вокруг начал расплываться от навернувшихся слез.
«Дерьмо, только этого не хватало!»
Зло смахнув влагу с ресниц, Ричард бросился бежать, пока на улицу не выскочил отец или Мэт, ведь они наверняка слышали его поспешный побег.
Ноги сами принесли его к многоэтажному кирпичному дому, от которого он так же убегал всего несколько недель назад. Ричарду показалось, что это было так давно, словно в другой жизни. Отбросив все сомнения, он поднялся на нужный этаж, достал из кармана ключ, который так и не вернул и вставил его в замочную скважину, заколебавшись лишь на мгновение – а вдруг он не один? Но этот миг ушел, и ключ повернулся в замке.
Наверное, Пит услышал звук открываемой двери, потому что первое что увидел Ричард, когда дверь распахнулась – это Пит. На его лице не было удивления, будто он заранее знал о приходе Ричарда. Он не стал задавать вопросов, хотя прекрасно видел, в каком состоянии находился стоящий перед ним мальчишка, молча проводил его к дивану и принес воды.
Майлз захлебываясь осушил стакан, боясь посмотреть на друга, которого чуть не лишился так глупо. Едва сдерживаемые слезы потекли по щеками и не было никаких сил держать их в себе. Ричард даже толком не понимал, отчего плачет, ведь он знал, какие отношения связывают Мэта с отцом. Знал все с самого начала и все равно на что-то надеялся. Он думал, что то, что между ними произошло что-то значит для Брукса. Мэт сказал Ричарду что любит, а теперь…
Такого предательства от двух самых дорогих людей он не ждал. Черт, было так обидно, словно ты ребенок, которому показали вкусную-превкусную конфету и пообещали дать, если ты будешь себя хорошо вести, а потом отдали ее другому. Вот только чертов Брукс не конфета, и терять его мифическую любовь намного обиднее и больнее. Ричард был таким счастливым в последние дни, а теперь его словно сбросили с небес на грешную землю. И не было никакой любви, привязанности, не было этих двух недель, ничего не было.
Зачем он так с ним? Что Ричард ему сделал плохого? Чего Мэт хотел этим добиться? Лучше бы он никогда не знал о связи отца с Бруксом, никогда не видел той сцены, никогда не слышал лживого «люблю». Ведь он поверил.
Ричард уже ревел в голос, как делал только в детстве, но остановиться не получалось, да Пит его и не останавливал. Он сидел рядом, обняв парня за содрогающиеся плечи, и тихонько поглаживал его по спине, тихо бормоча слова утешения:
— Поплачь, парень, поплачь. Это не смертельно, поревешь и пройдет.
Дружеская поддержка Пита принесла свои плоды. Потихоньку Ричард успокоился и наконец смог взять себя в руки. В груди все еще было тяжело. Если бы Ричарду было не шестнадцать лет, он подумал бы, что у него начинается инфаркт, но это был не порок сердца и не болезнь. Всего лишь последствия несчастной первой любви очередного шестнадцатилетнего подростка. Ни он первый, ни он последний.

Ричард вернулся домой только после того, как полностью успокоился. Самым неприятным для него сюрпризом оказалось то, что ни отец, ни Мэт даже не заметили, что он приходил. Выходит, они так были увлечены друг другом, что даже не слышали громкий топот, с которым Ричард сбегал по лестнице.
С этого дня Ричард замкнулся в себе. Он продолжал улыбаться, вести повседневные дела, шутить и посещать ежевечерние посиделки перед телевизором, но прежней теплоты не было. Он стал находить отговорки, чтобы не оставаться с Мэтом наедине и больше не позволял к себе прикасаться.
Не заметить что с сыном что-то происходит, Грэхэм просто не мог, но на вопрос о причинах неизменно получал один и тот же ответ, что Ричард переживает за предстоящие экзамены. Тем не менее, у Ричарда сложилось впечатление, что отец о чем-то догадывается, потому что он не раз ловил тревожный взгляды, бросаемые Грэхэмом то на него, то на Мэта.

=13=

В тот день, Мэт не пошел провожать Ричарда, потому что его задержали в школе после уроков. Майлз был только рад этому, его начинало тяготить постоянное внимание Мэта и этот вопросительный взгляд, когда ему отказывали в мимолетной ласке.
Родная кухня встретила Ричарда уютной тишиной и покоем, которых он был лишен в последние дни. Из-за его странного поведения Мэт и отец все время старались держать его в поле зрения, словно он мог неожиданно совершить один из тех идиотских поступков, которые приписывают неуравновешенным подросткам, находящимся в вечной депрессии.
Действуя по обычной схеме, Ричард заглянул сперва в холодильник, потом в буфет, прикинул что можно приготовить из найденных продуктов и взялся за дело. Мурлыкая себе под нос, детскую песенку, он обрабатывал овощи, готовя их к поджарке. Из-за стука ножа и шума воды, перекрывающих остальные звуки дума, он слишком поздно понял, что на кухне уже не один.
Чужие руки легли ему на плечи, заставив вздрогнуть. Испугавшись, что это вернулся Мэт, Ричард резко обернулся, но это оказался всего лишь Грэхэм.
— Привет, пап. Не знал что ты дома. Обед еще не готов, придется подождать, — улыбнулся он отцу.
— Отложи пока это, — Грэхэм вынул из рук сына здоровенный нож и отложил его в сторону. – Я хочу тебя кое о чем спросить, Ричард.
— Хорошо, пап, — от тона, каким была озвучена просьба отца, парень немного растерялся, но не возражал, когда Грэхэм взял его за руку, усадил на ближайший стул, а сам расположился на соседнем.
— Скажи, когда я был в командировке, что-то произошло? – задал первый вопрос Грэхэм. Ричард удивленно моргнул, он давно ожидал подобных вопросов, но в данный момент оказался не готов.
— Нет, с чего ты взял? – попытался улыбнуться он.
— Я не слепой. Мэт слишком опекает тебя, что-то определенно произошло.
— Но ведь ты сам попросил его приглядывать за мной.
— Вне дома – да. Но он явно беспокоиться о тебе даже здесь. Что происходит, Ричард?
— Я… Мы просто... Я заболел, пока ты был в отъезде, Мэт за мной присматривал, — нашел удобную отговорку Ричард, но она похоже не успокоила отца.
— Присматривал? – нахмурился он.
— Ну, я совсем плох был. Высокая температура, кашель и все такое. Он все время был рядом и помогал мне.
— Ясно.
Ричард забеспокоился, голос отца вовсе не прозвучал обрадовано.
— Ричард, — немного помолчав, снова заговорил Грэхэм, — я должен тебе кое-что сказать, но это может быть тяжело для тебя, поэтому пообещай, что выслушаешь меня до конца.
— Ладно, я понял, — выжидательно посмотрел на него сын.
— Дело в том, что Мэт, не совсем обычный парень. В отличии от тебя и твоих друзей, он не ходит на свидания с девушками…
— Ты пытаешься сказать, что он гей? – перебил Ричард.
— Ммм, да, — кивнул Грэхэм.
— Я в курсе, пап, — Ричард смущенно отвел глаза, вспомнив при каких обстоятельствах сделал это открытие.
— Ага, даже так. Тем лучше. Тогда полагаю, ты сам понимаешь, что с ним надо поаккуратнее. Некоторые твои действия он может принять за провокацию или флирт, поэтому меня немного беспокоит период твоей болезни. Он не делал ничего странного? Может, предлагал помощь в переодевании?
От такого вопроса Ричард оторопел.
— Пап, зачем ты мне это говоришь? – начиная раздражаться, спросил парень, все еще надеясь что ослышался. – Ты боишься, что Мэт однажды вдруг озвереет на почве своей нетрадиционности и изнасилует меня? Это просто смешно. Когда я болел, он действительно пару раз помогал мне переодеваться, но другого выхода не было – в таком состоянии я не смог бы даже шнурки завязать, не то что пижаму переодеть. И он меня не лапал, если ты об этом.
— Откуда тебе знать? Ты же был болен, — заметил Грэхэм.
— Болен — не значит ослеп, оглох и потерял чувствительность, — проворчал Ричард.
— Ты в этом уверен?
— Уверен, пап. Единственный человек, прикасавшимся к моему телу в ту неделю, был врач.
— Значит, ничего не было? – недоверчиво уточнил отец. «Ничего не было»: эта фраза хлесткой пощечиной ударила по израненному сердцу Ричарда, а надежда, при этом прозвучавшая в голосе отца, выглядела как откровенное издевательство. Внезапно Ричарду нестерпимо захотелось стереть довольную улыбку, появившуюся на лице Грэхэма.
— Отчего же, — мстительно хмыкнул он, — было. Только ему не пришлось меня насиловать, достаточно было сказать, что он меня хочет, и я сам позволил ему пару штучек. Ты же не думал, что он будет спать только с тобой?
Поняв, что сболтнул лишнего, Ричард резко умолк, глядя на ошарашенное лицо Грэхэма. Вид у мистера Майлза был мягко говоря потрясенный. Вот так неожиданно узнать об измене своего любовника, да еще с кем, с родным сыном — это шокирует кого угодно.
Ричард сидел тише воды, ниже травы, кусая губу и обеспокоено наблюдая за реакцией Грэхэма. Решив, что уже ее не дождется, он поднялся со стула, намериваясь вернуться к разделочной доске, но грохот упавшего стула за спиной и отцовские руки, крепко обхватившие его торс, не позволили ему это сделать.
— Что ты делаешь? – удивленно выдохнул Ричард, когда его спина коснулась жесткой груди Грэхэма.
— Ричард, мальчик мой, — исступленно шептал отец, прижимая к себе не сопротивляющегося Ричарда.
— Пап? – встревожено пискнул парень, когда одна рука мужчины нырнула ему под рубашку.
— Зачем ты это сделал? – продолжал шептать мужчина, опуская руку на пах сына. — Я же так берег тебя, мое сокровище, мой мальчик. Все делал, чтобы тебя это не коснулось.
— Папа, перестань! – испугано вскрикнул Ричард, начиная сопротивляться.
— Мой чистый, мой прекрасный. Люблю тебя, — словно в бреду повторял Грэхэм.
От слов отца у Ричарда зашевелились волосы на голове. Тело цепенело от страха, но он продолжал бороться, пока мозг лихорадочно сопоставлял факты, выстраивая ужасающую цепочку из нагромождения лжи, которой была его жизнь.
Естественно худощавый шестнадцатилетний юноша не мог поспорить в силе со взрослым мужчиной, находящимся на пике зрелости, и вскоре Ричард начал сдавать позиции. Он уже мог только беспомощно трепыхаться и мычать «нет», будто со стороны наблюдая за всем происходящим и отказываясь верить, что его любимый отец, его семья, сейчас творить с ним такое, когда в кухню ворвался взбешенный Мэтью и оторвал от него Грэхэма.
Опустошенный и обессиленный, Ричард тут же осела на пол.
— Грэхэм, ты с ума сошел?! Возьми себя в руки! Ричард, — обернулся Мэт к сидящему на полу парню, — иди в комнату и запрись. Быстро! – прикрикнул он, когда увидел, что тот никак на него не реагирует.
Этот оклик заставил Ричарда очнуться. Решив больше не искушать судьбу, он вскочил на ноги и выбежал из кухни, успев заметить, как отец закрыл лицо руками в жесте отчаянья.

Ричард промаялся целый час, сидя на своей кровати и прислушиваясь к звукам внизу. Мэт и отец о чем-то бурно спорили, мечась по первому этажу. Слов разобрать Ричрд не смог, но по интонации понял, что они ссорились и в любой момент ожидал услышать грохот бьющейся посуды или ломаемой мебели, но пока дело ограничивалось лишь криками. В какой-то момент голоса резко умолкли, хлопнула дверь. Вскочив с кровати, парень бросился к окну и успел увидеть, как по ступенькам крыльца сбежал Грэхэм и куда-то быстро зашагал.
От созерцания удаляющейся спины отца, его отвлек деликатный стук в дверь.
— Входи, открыто — не оборачиваясь, разрешил Ричард.
— Я ведь сказал тебе запереться, — укорил его Мэт, проходя в комнату.
Отец наконец скрылся за поворотом и Ричард повернулся к Бруксу. Тот выглядел уставшим, его явно вымотал спор с отцом.
— Я забыл.
— Черт. В другой ситуации эта забывчивость вышла бы тебе боком, — проворчал Брукс, усевшись на кровать и утомленно прикрыв глаза.
Ричард решил ему не мешать и устроился на вращающемся кресле, стоящем у стола с компьютером.
— Ричард, — Мэт поднял взгляд на Майлза, заставив его напрячься, — он что-нибудь тебе сказал, до того как начал… — Мэт замялся и изобразил в воздухе неопределенный жест, который должен был проиллюстрировать действия Грэхэма.
— Приставать ко мне? – закончил за него Ричард.
— Да, — кивнул Брукс.
— Вроде ничего такого. Он спрашивал о том, что произошло между нами, пока его не было.
— Ты ему все рассказал?
— Не все, но кое-что, — смущенно опустил глаза Ричард.
— Ясно.
— Что тебе ясно? – Майлз нахмурился. – Может, и мне объяснишь? Потому что я уже ничего не понимаю!
— Рич, я устал. Давай я потом тебе все объясню, — Мэт спрятал лицо в ладони, как недавно делал отец. Это сравнение ударило по нервам не хуже электрического разряда, и Ричард решил все выяснить раз и навсегда.
— Нет, Мэт, ты объяснишь мне все прямо сейчас, — твердо сказал он, внимательно глядя на Брукса. – Что здесь только что произошло? Какого хрена тут вообще происходит? И кто же, мать твою, ты такой?!
Мэт удивленно глянул на упрямое лицо парня, моргнул, словно не узнавая, и вдруг фыркнул.
— Черт, я уже и забыл, что ты и таким можешь быть, Ричи-бой.
— Не называй меня так, — буркнул Майлз.
— Хорошо, не буду, — легко согласился Брукс. — Значит, хочешь все знать? Прости, но чтобы все объяснить, придется начать с самого начала. Не против?
— Валяй, — разрешил Ричард.
— Видишь ли, я, как и ты, у матери отнюдь не любимый ребенок, хотя и единственный. По-правде говоря, она меня просто нагуляла. Я даже не знаю кто был моим отцом, у матери всегда было много любовников. За мной она почти не следила, так что я был предоставлен сам себе. Когда мне было тринадцать, один из ее тогдашних хахалей совратил меня.
На последней фразе Ричард шокировано уставился на Мэта, удивляясь, как он может так спокойно об этом говорить, но сказать ничего не решился. Да и что можно сказать на такое заявление?
— Дальше было веселее, — спокойно продолжил Мэт. – Тот парень, Бред, был тем еще извращенцем, раз ему пришла в голову мысль выебать тринадцатилетнего пацана, но со мной он всегда был ласковым. Так что мне нравилось его внимание. Рано или поздно мать должна была что-то заметить и конечно же однажды она нас застукала. В тот вечер Бред навсегда вылетел из нашего дома, а я вдрызг разругался с матерью. Не знаю что ее злило больше, сам факт произошедшего или то, что ее любовник предпочел меня ей. В дальнейшем такое повторялось не раз – она приводила домой мужиков, а я их у нее уводил. В конце концов, это переросло в какое-то извращенное соревнование по перетягиванию одеяла. Так продолжалось до тех пор, пока она не привела в дом Грэхэма.
Услышав имя отца, Ричард навострил уши, весь обратившись в слух.
— Твой отец не был похож на тех мудаков, с которыми мать постоянно имела дело. Он был внимательным к ней, обходительным, настоящий джентльмен, даже несмотря на то, что их связь была несерьезной. Естественно я не мог упустить такой трофей и попытался его соблазнить. Когда Грэхэм понял, что я делаю, то остановил меня и сказал, что не может ответить на мои авансы, потому что у него есть сын моего возраста. Я, мягко говоря, был огорошен. Как не странно после этих слов, мне еще больше захотелось затащить его в постель. Знаешь, я даже начал его ревновать к этому никогда не виденному мной сыну.
Ричарду удивленно поднял брови, но Мэт этого не заметил, потому что смотрел на свои руки, боясь реакции Майлза.
— Однажды я проследил за Грэхэмом, когда он натрахавшись с маман, отправился домой. Я видел, как ты распахнул дверь настежь и повис у него на шее. Ты выглядел таким счастливым и наивным… Я никогда не видел, что бы он так улыбался кому-то еще. Наверное, тогда я и влюбился, но понял это гораздо позже. Вокруг тебя было столько замечательных вещей: красивый дом, хорошая школа, друзья и безумно любящий тебя отец. Ты мог позволить себе оставаться ребенком и ничего не знать о той грязи, которая царит вокруг. Мне захотелось оказаться в твоем закрытом мире, пожить жизнью, которой живешь ты. Тогда я думал, что это зависть, но оказалось, что это нечто другое. Я стал следить за вами. Я видел как Грэхэм ходит на работу, как ты играешь в футбол с одноклассниками, как вы вместе гуляете по окрестностям. В процессе наблюдения я кое-что заметил: Грэхэм хотел тебя.
— Что? – невольно вырвалось у Ричарда.
— Ты ведь до последнего этого не замечал, не правда ли? – ухмыльнулся Мэт. – Конечно, куда тебе. Ты же не сталкивался раньше с похотливыми мужиками, падкими на мальчиков, – с горечью вымолвил он и на мгновение замолчал.
— Когда Грэхэм в очередной раз пришел к матери, я выгадал удобный момент и поделился с ним своими соображениями. Честно говоря, я не был до конца уверен, что прав, но когда он смутился, все встало на свои места. Я предложил ему сделку: он забирает меня в свой уютный, красивый дом, а я заменяю ему тебя в постели. Сперва он не хотел соглашаться, но через неделю передумал. Так я оказался у вас в доме.
В комнате повисла напряженная тишина. Мэт ждал своего приговора, а Ричард внимательно разглядывал его.
— Тогда на кухне, когда отец был в Европе… Зачем ты сделал это? – нарушил молчание Майлз.
— Я влюбился, — просто ответил Брукс, наконец подняв на него глаза. – Давно. Я хотел быть ближе к тебе, чтобы ты тоже полюбил меня.
— Но ты продолжаешь спать с отцом, я вас видел.
— Я не мог нарушить условия нашего соглашения, потому что видел, что Грэхэму все сложнее держать себя в руках в твоем присутствии. Я боялся, что если откажусь спасть с ним, он сорвется, как сегодня.
— Значить, ты делал это, чтобы защитить меня? — недоверчиво спросил Ричард.
— Да. – Мэт снова опустил голову и умолк.
А Майлз сидел напротив и не знал что делать. Рссказ Брукса был таким невероятным. Если бы Ричард увидел эту сцену в какой-нибудь мыльной опере, он бы сказал, что ответ был очевиден, но в реальности это казалось невозможным. Чтобы отец испытывал что-то похожее к нему, Ричарду? Это же просто уму непостижимо! Он всегда себя вел как самый лучший отец в мире и никогда не позволял себе ничего такого.
«Хотя, нет, был один эпизод», — припомнил Ричард. Ему было девять, тогда он играл в футбол с соседскими мальчишками, неудачно упал, рассадив в кровь колено, и разревелся как девчонка. Отец отнес его домой на руках. Сейчас Ричард думал, что можно было обойтись и без этого, он ведь не ногу сломал, но тогда у него даже мысли не возникло, что это странно. После того, как Грэхэм обработал ссадину, он повел чумазого сына в ванную, раздел и начал аккуратно мыть. В какой-то момент он вдруг отдал Ричарду намыленную мочалку и быстро вышел, наказав не мочить рану. Мальчик тогда так и не понял этой резкой смены настроения, теперь же эта история неожиданно предстала в новом свете.
Шокированный новым открытием, Ричард прикрыл ладонью рот, уставившись на то самое колено, где под джинсами был маленький шрамик, оставшийся от давешней ссадины.
— С тобой все в порядке? – заметив его состояние, осторожно спросил Брукс.
— Да, все хорошо. Просто я… немного сбит с толку, — промямлил Ричард.
— Понимаю, — вздохнул Мэт. – Ричард.
— Да? – отвлекся от созерцания собственного колена Майлз.
— Ты меня ненавидишь? – серьезно посмотрел на него Брукс.
— За что? – не понял Ричард.
— Я рассказал тебе такие отвратительные вещи. Неужели ты не хочешь съездить мне по морде или там еще что-нибудь?
— Нет. А должен?
— Спасибо. Я боялся, что ты отвернешься от меня, — улыбнулся ему Мэт.
Ричарду стало стыдно. Как Мэт может быть таким добрым? Ричард так долго игнорировал его, обижался на то, чему фактически сам был виновником.
— Черт, какое же я дерьмо, — пристыжено выдавил он. – Прости, я вел себя как придурок.
Мэт удивленно воззрился на него, от чего Майлзу сделалось еще хуже.
— Боже, Ричард, нашел из-за чего казниться!
Встав с насиженного места, Брукс приблизился к сконфуженному парню и погладил его по встрепанным волосам.
— Если бы я был на твоем месте, я бы себя давно придушил. Ричард, помнишь что я тебе говорил там на кухне?
— Э-э, это о том, что ты меня любишь? – неуверенно уточнил Майлз.
— Точно. Ты единственный, кто слышал от меня такие слова.
Ричард недоверчиво вскинул на Брукса глаза, думая что тот шутит, но его лицо было совершенно серьезным.
— А как же все твои… — Ричард умолк на полуслове.
— Забудь о них, это всего лишь секс. С Грэхэмом тоже был секс, а тебя я люблю.
— Подожди, — нахмурился Майлз, до того, как сообразил что делает, — это значить, что со мной ты спать не будешь?!
Брукс ошалело вытаращился на него, а Ричарду захотелось вернуться на несколько секунд назад и вовремя захлопнуть свой чертов рот. Неожиданно Мэт расхохотался, прижав его голову к своему животу. Ричард чувствовал щекой как сокращаются мышцы живота Брукса и медленно заливался краской. Мэт был таким теплым, упругим и приятным на ощупь.
«Боже, о чем я думаю!?» — взвыл про себя Ричард.
— Ричард, — раздалось над головой, когда смех умолк, – я хочу тебя. Ты мне позволишь?
По спине Майлза пробежали сладкие мурашки страха и предвкушения.
— Да, — выдохнул он.
Мэт был нежен. Он понимал, что у партнера почти нет опыта и старался действовать осторожно, хотя внутри у него все кипело от нетерпения. Ричард был таким податливым, так доверчиво позволял себя трогать. Если бы он знал, что сейчас твориться в отравленном гормонами мозге Брукса, бежал бы отсюда на другой конец Земли, но он, слава Богу, мыслей читать не умел.
Майлз не сопротивлялся, когда Брукс, буквально упиваясь каждым движением, стаскивал с него рубашку и футболку, мягко подталкивая к кровати, позволил уложить себя на матрас и вовлечь в страстный, глубокий поцелуй. Губы Мэта, теплые и жадные, играли с его ртом, дразня и заставляя тянуться за ними, в надежде на большее. Теплые ласковые руки гладили и ощупывали тело, словно стараясь запомнить.
Это все было чертовски приятно, но Ричарду тоже хотелось принять участие в разворачивающемся действе. Улучшив момент, он поднял с подушки одну руку и обхватил партнера за шею, не позволяя отодвинуться и прервать жадный поцелуй. Вторая рука заскользила по груди Мэта и ниже, вырвав довольное урчание из его горла – он откровенно приветствовал инициативу Ричарда. Когда ладонь Майлза несмело замерла над кромкой джинсов, Мэт накрыл ее своей рукой и решительно переложил на свой пах, где уже бугрилась восставшей плоти. От неожиданности глаза Ричарда распахнулись и тут же погрузились водоворот серых глаз, внимательно наблюдающих за его реакцией.
— Испугался? – хрипло спросил Мэтью, чуть отстранившись.
— Нет. Просто не ожидал.
— Успокойся, Ричард, я не собираюсь тебя принуждать. Если не хочешь, можешь меня там не трогать.
— Нет! – поспешно возразил парень. – Я хочу!
— Тогда сожми сильнее, — попросил Мэт. Ричард выполнил его просьбу и с восторгом увидел, как Брукс закусил губу от удовольствия и вжался в него бедрами. – Сделай так еще, — простонал он. Разве можно было ослушаться когда так просят?
— Мммм, а ты быстро учишься.
— У меня хороший учитель, — смущено улыбнулся Ричард.
— Ричард, хочу тебя! – глядя на него как завороженный, выдал Брукс и наклонился, чтобы снова завладеть его губами. Сильно, страстно, глубоко. Ричард уже с ума сходил от невыносимого возбуждения. Происходящее затянуло его в водоворот ощущений, отодвинув на задний план смущение и все страхи. Руки Мэта нежно оглаживали кожу, делая ее чувствительной к малейшему прикосновению, губы ласкали чувствительные точки, заставляя Ричарда прерывисто дышать и выгибаться навстречу, а язык… Черт, этот язы-ы-ык, от его влажных настойчивых движений Майлз буквально плавился как горячий податливый воск, выпадая из реальности.
То, что он полностью лишился одежды, Ричард понял, лишь почувствовав губы Брукса на нежней коже внутренней стороны бедра около паха. Но удивиться такой оперативности не успел – Мэт вобрал его возбужденный член в рот, снова погрузив в пучину наслаждения. Чувствуя, опаляющий жар чужого рта, Ричард двинул бедрами, пытаясь погрузиться глубже в теплую глубину, но Брукс ему не позволил, придержав за бедра, и продолжил мучить то облизывая и посасывая головку, то заглатывая до самого горла. Когда терпению Ричарда пришел конец, он попытался руками придержать голову Мэта, однако стоило ему коснуться его макушки, как Брукс тут же выпустил его изо рта и отодвинулся, облизывая губы.
Ричард разочаровано застонал, потянувшись за ним:
— Мэт.
— Не торопись, Рич. Сейчас все будет, — пообещал мучитель.
В следующее мгновение он оседлал тело Майлза, широко раздвинув ноги и начал насаживать себя прямо на него.
— Мэт! – шокировано выдохнул Ричард, наблюдая, как его ствол исчезает в теле Брукса. Ощущения при этом были такими мощными, что он до боли вцепился пальцами простынь и сдавлено замычал.
— Ричард, — страстно простонал Мэтью, до конца насадившись на него.
Плавные движения Брукса, то, как он сжимал его член, как стонал и цеплялся за его плечи, все это доводило Ричарда до исступления. В какой-то момент он отпустил многострадальные простыни и вцепился в бедра партнера, начав подаваться бедрами ему навстречу. Мэт ахнул, почувствовав отклик, и с энтузиазмом начал приноравливаться к ритму, задаваемому Ричем.
Ричард сам не заметил, как оказался сверху, подмяв Брукса под себя. Напряжение внизу живота нарастало, тело уже полностью отключилось от мозга и жаждало только одного – вдалбливаться в податливую плоть под ним, а эта «плоть» цеплялась за него руками, обхватывала ногами и безостановочно стонало его имя, неизбежно подталкивая к оргазму.
— Ричард! – в последний раз вскрикнул Мэт, выгибаясь в его руках и прижимаясь изо всех сил. Майлз не выдержал и кончил, прикусив себе губу до крови.
После, они лежали молча в постели, наслаждаясь присутствием друг друга, и голова Ричарда покоилась на плече Брукса.
К сожалению, вскоре эта идиллия была нарушена настойчивой трелью домашнего телефона. Ричард хотел ответить, но Мэт остановил его и взял трубку сам.
— Алло?.. Да… Да… Что? – по мере того как длился диалог, его лицо мрачнело на глазах, когда же Брукс положил трубку от былого счастья не осталось и следа.
— Что-то случилось? – обеспокоено спросил Ричард.
— Да. Грэхэм…
— Что с ним? – Ричард сел в постели, с тревогой глядя на Мэта.
— Он в больнице, — ответил тот и, выбравшись из постели, стал собирать их одежду.

=14=

— Ричард! Тебе открытка! – крикнула Карен. Майлз тут же бросил ручку и вылетел из комнаты. Пулей слетев вниз по лестнице, он подбежал к матери, выхватил из ее рук открытку и уставился на оборот. Открытка была не подписана, но он прекрасно знал от кого она.
Полгода назад, когда в доме раздался тот телефонный звонок, они с Мэтом кинулись в центральную больницу, куда был доставлен Грэхэм. В фойе они наткнулись на миссис Чедвик, которая взяла сына за руку и сообщила, что отец умер. Его сбила машина. Он скончался в карете скорой помощи по пути в больницу.
В тот момент Ричарда словно оглушило. Он прекрасно слышал, все что ему говорили, но не понимал. Он просто не хотел в это верить. До конца осознать, что отец умер и он больше никогда его не увидит, Ричард смог только на похоронах. Стоя рядом с гробом, он вдруг словно проснулся от долгого сна и, оглядевшись, обнаружил, что рядом находятся мать, мистер Чедвик и сестры, но не хватало Мэта, который смог бы разделить и понять его боль.
Естественно после происшествия с Грэхэмом, Ричарду пришлось переехать к матери. Он с грустью вспоминал те дни, когда сам хотел переселиться к ней и тихо ненавидел себя, за то что это желание сбылось. Почему-то ему казалось, что если бы он не пожелал этого -ничего бы не произошло. Естественно, он был не виноват в произошедшем и сам это прекрасно понимал, но не мог не винить себя. Через несколько дней по дороге из школы он встретил Мэта, которого не видел с того дня, как уехал к Карен. Оказалось, что Брукс вернулся к матери, но пробыл там недолго. Как только ему исполнилось восемнадцать, он решил перевестись в школу-интернат при университете «***», куда собирался поступать после сдачи A-levels. В тот день они попрощались и разошлись в разные стороны, но Мэт пообещал, что когда устроиться, пошлет ему весточку.
Собственно, этот нелепый кусок картона и была той самой весточкой.
Ричард улыбнулся, разглядывая пасторальный пейзаж на открытке. Мэт, в свом репертуаре: нет чтобы прислать электронное письмо или позвонить. На худой конец можно было скинуть эсэмэску, но он предпочел послать дурацкую старомодную открытку с видом на озеро, похожее на то, где они с Мэтом кормили уток.
«Жду» было написано на обороте, и Ричард знал, что Мэт действительно ждет. Майлз уже говорил с матерью, и та согласилась на следующий учебный год отправить его в школу «***», где он снова встретит Мэта, который к тому времени станет студентом университета. И на этот раз между ними не будет стоять идиотских соглашений, и у них все будет хорошо.

Конец